Преподаватели



Аннушка

Анна Ивановна Щетинина. Аннушка, как все ее знавшие всегда завали и будем звать пока живы. Первая в мире женщина – капитан дальнего плавания. Знакомство с этой легендарной женщиной было знаменательным фактом, значимым для всей моей жизни, да и именно с ней был связан большой поворот в моей уже взрослой, профессиональной судьбе. Именно с благословения этого человека я попал на пассажирский флот, что повлекло за собой очень и очень многие изменения в моей жизни. Ну да об этом - позже.

Немного о том, кто же она такая. Прежде всего, в мировую историю она вошла именно как первая в мире женщина-капитан дальнего плавания. Перед Великой Отечественной войной она получила диплом капитана и уже во время войны была назначена на эту должность. Она водила большие суда из Соединенных Штатов через Тихий океан во Владивосток. На них нападали японские подводные лодки, обстреливали самолеты….

В знак уважения президент США даже подарил лично ей огромный пароход под названием «Чавыча». Она сдала его нашему государству и судно до недавних пор служило, выполняя в последние десятилетия роль учебного судна, на котором моряки отрабатывают как на тренажере приемы борьбы с огнем и с пробоинами.

Эта прекрасная женщина была куратором (что-то вроде классного руководителя) в моей группе. Мы вместе с ней ходили в шлюпочные и парусные походы, на занятиях она читала интереснейшие лекции по Морскому делу. Получить у нее двойку было невыносимо стыдно и никто никогда этого не делал!

Рамм

Виктор Оскарович Рамм…. Совершенно уникальный человек! Громадный, со свирепым лицом, строгий почти до садизма, но…. Он так великолепно давал нам Навигацию – основной специальный предмет для судоводителей, что когда мы после училища, уже лет через пять после выпуска приходили сдавать аттестацию, услыхав в ответ на вопрос о том, кто читал навигацию, фамилию Рамм, автоматически ставили четверку…

Он был совершенно уникален еще и тем, что постоянно произносил такие «перлы», которые и сейчас вспоминаются нами с удовольствием.

Знакомство с ним было таким забавным. Мы пришли первый раз в штурманский класс с большими штурманскими столами с морскими картами. Сбоку стояли глобусы звездного неба. Существуют и такие, по которым можно определить какая звезда на небе где находится и как называется. На шаре глобуса красивые перекрестные дуги с делениями и кольцо в основании. Первые его слов были такими:

- Здравствуйте товарищи курсанты.
- Снимите лимбы (эти дуги) с глобусов.
- Наденьте их на голову!
- Я сказал всем надеть!
- А теперь снимите и больше никогда этого на моих занятиях не делайте!

Одна из лекций его начиналась примерно так: « Сегодня мы начнем изучение многих способов определения местоположения судна в море. Это будут самые простые и самые сложные в техническом плане способы, но какими бы способами вы не овладели, вы не должны забывать одного, очень простого способа, который может выручить вас в самую трудную минуту. Как думаете, что это за способ? Все попытки отгадать были безуспешны. Тогда он сам ответил: «Этот способ называется Определение местоположения судна методом опроса местных жителей!»

Тот, кто сдавал ему экзамен или зачет с первого раза отлично, получал двойку. На второй раз тоже двойку и только на третий - четверку. Объяснял он это так: Если сдал и ушел - забудешь через день все, что сдавал. Если сдавал трижды - никогда не забудешь то, что сдавал. И еще одно важно – «коридорный метод обучения». Это означает, что он задает каверзный вопрос и одного за другим выгоняет не сумевших ответить… В коридоре в это время все лихорадочно ищут решение, ответ на него… Когда находят - он придумывает новый и так - постоянно на зачетах! Зато эти вопросы и ответы как будто врезаются в головы и это – на всю жизнь! На вопрос тех, кто сдавал все отлично – почему не пятерка, если все три раза отлично отвечал, он говорил:

- На пятерку навигацию даже я сам не знаю, но я себе могу натянуть оценку, а вам – нет!

К выпускному вечеру мы приготовили Рамму подарок. В типографии мы заказали красивый альбом. На бархатной обложке золотом было написано: «Навигацкая мудрость» и на каждом листе золотом тиснены более 50 его «перлов» относительно разных сторон штурманской науки. Все что мы запомнили за шесть лет учебы вошло в этот альбом… Получив его, он растроганно прослезился, сказав что это лучший подарок в его жизни….

Жмакология и жмакография

В принципе, это был нормальный предмет и вел его декан нашего судоводительского факультете по фамилии Жмак. Он читал нам гидрометеорологию и океанографию. Облака, течения, приливы, ветра, фронтальные разделы, циклоны и прочее-прочее. Но вот как-то сложилось, что с чьей-то легкой руки мы называли предмет жмакологией и жмакографией.

Творчество и спорт

Если у читателя создалось мнение, что курсантская жизнь состоит лишь из одних занятий, нарядов и наказаний, то это совершенно не так. Уверяю. Вас! Точно так же, как в любом университете или институте, студенческая жизнь в училище кипит! Вся разница состоит в том, что курсанты - это более тесное сообщество людей, объединенных и учебой и бытом и трудностями общими. Наш курс все годы учебы отличался исключительной активностью этой стороны курсантской жизни. Достаточно сказать, что мы были первыми в городе, кто создал вокально-инструментальный ансамбль и до конца учебы с удовольствием играли на свадьбах (а у нас на курсе из много было), на вечерах и, что греха таить, ансамбль приглашали за небольшие денюжки на другие мероприятия.

Ансамбль приглашали и на телевидение. Играли на «досках», то есть на самодельных гитарах и очень неплохо играли! Клавишные были тоже - так называемая «Ионика», один из первых образцов отечественной музыкальной клавишной установки. О том, что самодеятельность на нашем курсе была просто великолепная, я уж и не говорю. Многие ребята прекрасно пели, плясали и вообще, делали все что делается в художественной самодеятельности и в КВН, который только возник в те времена. В училище был великолепный мужской хор, ведомый профессиональным руководителем. Естественно, я участвовал во всем этом самым активнейшим образом, играя на этой самой «Ионике», на баяне, но моим самым главным увлечением было пение в хоре!

Помимо общей спортивной подготовки, то есть занятий в спортзале, шлюпочных занятий, походах на ялах на веслах и под парусами, в училище существовали сильные команды по боксу, по морскому многоборью, по парусному спорту. Во всех этих делах наша рота была активнейшим участником, а в команде многоборцев основой были наши ребята.

Проходили мы и подготовку по самбо. Тренером был колоритнейший человек, гигант с интересным прошлым. Он в молодости был весьма успешным спортсменом в этом виде, но однажды, когда он шел с маленькой дочкой по улице, одной рукой держа ее за руку, а в другой – сетку с продуктами, к нему привязался какой-то пьяный хулиган. Одним словом, защищая дочь, он ударом ноги в грудь успокоил хулигана, но с очень тяжелыми для того последствиями… В результате – суд, наказание, и через несколько лет работа тренером у курсантов…

Специалистами по самбо мы не стали, но кое-какие приемы запомнили на всю жизнь.

КЛОП

Много было за годы учебы разных направлений применения кипучей курсантской энергии и среди них стоит сказать об одном, довольно примечательном движении, которое называлось Клуб Любителей Отличного Пива или КЛОП. Все обстояло довольно весело и интересно. Это была игра. В обществе были и свои должностные лица с конкретными обязанностями (министр по таре, министр по розливу – наливу, министр по падали (вяленой рыбе), министр культуры (заведующий старым патефоном и единственной пластинкой), министр пропаганды (ответственный за развешивание приветственных плакатов и лозунгов) и т.д.. К очередному заседанию на пивзаводе заказывалась бочка (90 литров) свежайшего пива, которая привозилась в ближайший и любимый нами «зеленый магазин», а оттуда катилась к общежитию и закатывалась на 3 этаж к месту заседания.

К утру от пива ничего не оставалось и утром бочка возвращалась пустой. Члены клуба носили маленькие латунные значки в виде клопика. Эта игра продолжалась все годы учебы в училище.

Много было всякого… и веселого и не очень за все время учебы... мы теряли друзей, который отчислялись по разным причинам. Некоторые уходили из-за трудностей учебы, другие – из-за каких-то проступков. Были и такие, которые понимали, что выбрали не ту профессию и уходили. Однако был в истории нашей Первой роты и особый случай.

Бунт

Я уже рассказывал о нашем вокально- инструментальном ансамбле. В очередном выездном выступлении его, случился небольшой конфликт с местными ребятами. Ничего страшного, повздорили и на этом все закончилось. Но все оказалось не так. Несколько человек из тех ребят приехали в училище, вызвали из роты одного из музыкантов и сильно его избили... Соответственной была и реакция на это. Наши ребята поехали туда и попытались найти виновных. Нашли. Ничего похожего на избиение нашего товарища не было, однако те заявили в милицию. Разгорелся скандал и, в конце концов появился приказ об отчислении нашего товарища. Мы попытались защитить его, но с нами не стали разговаривать и тогда рота встала на дыбы….

В обед дежурный по роте объявил построение для перехода на обед. Рота построилась. Как обычно старшина дал команду следовать на выход, но рота осталась на месте. Скорее всего, это получилось как-то случайно, на настроении, но вторую команду не выполнили уже совершенно осознанно…. Все попытки вывести роту окончились тем же. Это уже был бунт. Тогда нам было приказано разойтись по кубрикам и запрещено выходить из них. Учитывая, что училище - это все-таки военизированная сила, к тому времени принявшая воинскую присягу, дело приняло очень серьезный оборот. Начальство было в шоке, такого в училище еще не было. Естественно, было доложено по инстанции и нами занялись серьезно… Прибыло высокое военное начальство и представители спецслужб. Мы по одному вызывались в канцелярию и там допрашивались – кто начал, кто организовывал и т.д… Тот, кто сказал что не хотел есть, так как вчера была стипендия, купил булочку и съел ее - был просто наказан… Те же, кто сказал что не пошел потому, что не пошли все, были взяты в оборот. Их долго мучали допросами, а в конце концов, они и рассчитались за этот стихийный протест. Тогда были отчислены 14 человек… Пощады не было. Говорят, о нашем «бунте» сообщил «Голос Америки»…. Были сессии… Зимняя и летняя, с волнениями, удачами и поражениями… Однако и они в конце-концов оказались позади. Не все сумели преодолеть этот рубеж…

(В. Федоров)


Рассказы не совсем еще старого капитана