Зонтик



- Может, закажем карпаччо? Очень вкусно. Тут вообще потрясающие повара и вполне прилично готовят. - Изящная рука потянулась через стол, движение продумано - рукав пиджака чуть-чуть приподнялся, ровно настолько, чтобы в манжете сверкнула дорогая запонка.

Лерка опустила глаза.

- Да, конечно.

- Может быть, вина? - Он уже подался вперед на стуле - весь одно сплошное внимание и любезность.

- Ну, ты же знаешь, что я не люблю вино. И вообще почти не пью. И даже не курю. Ты видишь, какая я примерная? Редкая просто! - Лерка тщательно замаскировала рвущиеся наружу издевательские нотки в своем голосе.

- Это действительно редкость!

Он сделал ударение на слово "действительно", видимо, это должно было означать что-то особенное.

Лерка качнула ногой и уселась поудобнее.

Салфетка упала на пол, поднимать ее не хотелось, а он был уже тут как тут, рядом с ней. Невольно взгляд ее переместился с салфетки на его начищенный ботинок. Он сверкал, и Лерке даже показалось, что она увидела там собственное отражение.

Отчего-то стало противно.

- Ничего-ничего, я сама.

Голос прозвучал не слишком уверенно.

Ужинали молча. Скоро затянувшаяся пауза стала просто невыносимой.

- Уже поздно...Может быть, отвезешь меня домой?

- Домой? Мы сегодня не поедем ко мне? Я так давно тебя не видел, и потом, мы еще кофе...

Лерка красноречиво молчала.

Хорошо - Он сделал знак официанту, и тот так резво взял старт, что Лерке стало смешно.

Пока рассчитывались, она рассматривала человека, словно видела его впервые. Словно чужого.

Да он и был, в сущности, чужой. Вернее - не стал родным. Так бывает, и нередко.

Оценивающий взгляд, дорогой костюм, повадки барина.

Начальник по призванию.

Широкий размах и, вроде бы, аристократический вкус, поначалу впечатляют. Экспрессивное, с претензией на изысканность жестикулирование

Однако подпрыгивающая и неловкая походка человека, выросшего в далекой неясной местности, портит впечатление. А неуверенность и суетливость взгляда не всегда удается спрятать за дорогой оправой очков.

Чужак.

На улице шел дождь.

"Туфли замшевые, а я по лужам..." - мрачно думала она, пока Чужак открывал машину. Легким и изящным движением закрыл Леркину дверцу.

"Все-то ты делаешь красиво и изящно" - снова размышляла Лерка.

Поначалу ей это даже нравилось, а разонравилось как-то сразу, в один момент, когда она поймала себя на непреодолимом, просто раздирающем ее желании: аккуратно вылить чашку крепкого чая на его изумительно-новый кремовый свитер.

Но это было уже давно. И давно все было ясно между ними: у каждого своя жизнь, никто не предъявляет претензий, редкие встречи , которые не всегда и заканчивались постелью, а часто просто - ужин и обмен новостями.

"Мы ведь с тобой - хорошие друзья, не так ли?" - любил повторять Чужак.

И не любил, когда Лерка не соглашалась.

"Ну, какие мы друзья? Так...приятели..."

- Знаешь, а я ведь замуж выхожу... - непонятно зачем соврала Лерка. Соврала и отвернулась к окну. Капли дождя подмигивали и исчезали.

- Занятно. Поздравляю. Скоро? - слова проскакали как мячик по лестнице, с нисходящей интонацией.

Еще не решили. - Лерка наслаждалась своим внезапным глупым враньем, сама не понимая почему. Оказалось, что фантазии о замужестве могут быть симпатичными, черт побери!

Дальше ехали молча.

Он, казалось, не отреагировал никак. И, только когда, прикуривая, вдруг выругался себе под нос - зажигалка, всегда такая безупречная, забунтовала и не выдала привычный огонек сразу - стало понятно, что нелепое леркино вранье оказало какой-то эффект.

- Ну вот я и дома, спасибо за приятный вечер, все было замечательно!

- Да-да, замечательно. - Он выбросил сигарету в окно и застыл над рулем.

- Ну, пока! Созвонимся! - Лерка выскочила из машины и почти бегом припустила к подъезду.

- "Идиотка, что за глупое вранье?" - твердила она себе. Но на самом деле почувствовала себя определенно счастливой, впервые за этот вечер.

Лерка очень любила дождь.

Когда он шел, она чувствовала себя частью чего-то большого и невесомого. Может быть - дождевой темной тучи, может быть - просто влажного тягучего воздуха.

Дождь давал ощущение свободы.

Весь мир становился прозрачным и чистым.

И душа тоже словно оживала, пробуждалась, умывалась и жадно впитывала влагу.

В один из таких дождливых дней Лерка и встретила Мишку.

Тогда еще она не знала, что он Мишка.

Он шел впереди нее, без зонта, дождь не мешал ему, а вроде бы даже нес его над мокрым асфальтом.

Впервые Лера увидела человека так очевидно состоящего в родстве с туманами и ливнями, а значит - близкого ей.

Очень захотелось увидеть его лицо, но не забегать же вперед...

А он, человек дождя, вдруг остановился, провел рукой по мокрым волосам и обернулся. Физиономия была хитрая - то ли от капель на лице, то ли оттого, что услышал он Леркины мысли. Она растерялась, но вида не подала, и, лишь на мгновение задержав взгляд на его не-пойми-какого-цвета-глазах, прошла мимо.

Он догнал ее уже у метро. - Ну ты и быстрая! Опаздываешь что ли? - голос его оказался именно таким, как она себе и представляла - родным.

- Нет, просто дождь и холодно! - Лерка даже не удивилась.

- А остановиться можешь? Хоть на пару минут? - Голос его был серьезным, словно отстраненным. Будто он один знал какую-то тайну. Тайну, которую нельзя воспринимать на ходу, бегом, как нельзя читать старинный манускрипт на кухне, хватаясь на ветхие края жирными пальцами и роняя на него крошки от бутерброда.

Мысль о бутерброде Лерку согрела, и она остановилась. - Стою!

- Ты знаешь, а я ведь тебя искал! - с обидой в голосе сказал тогда еще незнакомый Мишка.

- Успешно? - она подняла бровь - Глупости говорите, молодой человек, я Вас впервые вижу. Сейчас Вы еще скажете, что видели меня во сне и ждали всю жизнь? Стандартно начинаете... - Лерку несло.

"Господи, что я творю? Отрежьте мне мой болтливый и глупый язык!"

Он внимательно рассматривал ее.

- Ну, точно, это ты и есть. Только ты можешь стоять под дождем и нести такую чушь. Но я не обижаюсь, это ерунда. Это мы исправим!

В общем так: я Миша, ты Валерия, я это знаю, потому что...знаю. Это мое любимое женское имя, тебя просто не могут звать по другому. Зонтик у тебя некрасивый, я подарю тебе новый. Он прозрачный и сквозь него видно небо. Мне нужен твой телефон, прямо сейчас, а то ты снова потеряешься, я тебя знаю! - вот такую тираду выдал он Лерке. - Почему именно зонтик? - только и смогла спросить она, практически потеряв дар речи от такого внезапного напора.

- Потому что гулять под дождем полезно! - отрезал он. - Телефон диктуй!

Она продиктовала, и Мишка сразу пропал среди потоков воды.

"Зонтик побежал покупать, ага" - сказала сама себе Лерка. "Парень-то...ненормальный. А вот откуда он знает мое имя - большой вопрос".

*****

Сейчас, сидя на кухне, вслушиваясь в такое родное и любимое шелестение капель за окном, Лерка вспоминала этот нелепый разговор. Телефон она продиктовала правильный, вот только никто не позвонил. Больше месяца прошло, но Человек Дождя так и остался в дожде.

В пять утра Лерку разбудил телефонный звонок.

"Ну что, Дождливый, наверное, это ты...Только такой ненормальный может звонить в пять утра понедельника..." - размышляла она, шаря в темноте на столе, где верещал мобильный.

С удивлением уставилась на номер - Чужак.

В пять утра??

Зявление о скором Леркином замужестве, видимо, сказалось на его идеальной психофизике.

- Да, я слушаю. У тебя что-то случилось?

- Случилось...Ты можешь сейчас приехать? Или тебя твой...жених не отпустит, взревнует, а? - голос Чужака звучал язвительно и визгливо.

- Ты пьяный там что ли? - удивилась Лерка. Она почти никогда не видела его пьяным.

- Я? Пьяный. Но это не важно. Я разбил машину, сбил человека...кажется... а еще я...

Лерка села на пол.

- Ты..ты там ...как? Ранен? Где ты??

- Я не ранен.. Я...человека убил...или он жив еще, я не знаю - всхлипнул он в трубку.

"Чужак плачет? Дело плохо" - поняла Лерка.

- Позвони Верещагину, пожалуйста. У меня батарейка садится на телефоне, и вообще я - в хлам...

Верещагин был адвокат чужаковой фирмы.

"Почему сам не позвонил сразу Верещагину? Почему мне? Как это убил? Господи, что делать?" - мысли путались.

- Я все сделаю, позвоню. Я сейчас сама приеду, говори где ты? Милиция там?

- Я...уехал с места аварии! - всхлипнул Чужак. - Лера, Лерочка. Я боюсь...там были свидетели...Боже мой!

Чужак выглядел ужасно.

Машина его выглядела лучше, но именно на этой идеальной машине он и сбил человека. Сбил и сбежал.

От того, останется ли человек жив зависела его дальнейшая судьба.

- Как ты мог сесть пьяным за руль? И вообще...когда ты так напился? Ты же вез меня домой абсолютно трезвым! - кричала Лерка уже потом, в машине Верещагина.

- Когда я напился? - заорал вдруг он. - Когда? Ты лучше спроси почему? Тебя когда-нибудь волновало, что я чувствую? Ты вообще...ты..." - он закашлялся, закурил и замолчал.

- В общем так, - прервал злую и напряженную тишину Верещагин, - завтра я все выясню - кто, где, в какой больнице. Потом поедем к пострадавшему. Надо узнать о его самочувствии, может быть, сможем все уладить. Попробуем уговорить не писать заявление, денег предложим.

Если он жив, конечно... Стас, ты слышишь меня?

- Я тоже поеду. - вдруг сказала Лерка.

"Это все из-за меня, из-за моего идиотского вранья. Господи, прости меня!!!"

- Конечно, куда уж без тебя - процедил Чужак.

- Удалова перевели из реанимации. Но к нему не пускают все равно. Вы родственник? - медсестра была хорошенькая, с ямочками на щеках. Она знала об этом и потому улыбалась Чужаку старательно.

- Я не родственник, я..

- Я адвокат, моя фамилия Верещагин, мой клиентсбил Удалова. Мы можем с ним поговорить? - Верещагин отодвинул Чужака.

- Вообще то не положено - произнесла девушка неуверенно.

Лерке было очень жаль Чужака.

Небритый и осунувшийся, с потухшим взглядом, с опущенными плечами он вдруг стал нормальным человеком. Словно пятитонная маска упала с его измученного лица.

"Надо же было такому случиться, чтобы в нем проснулся живой человек" - размышляла Лерка. " И чтобы во мне проснулись какие-то чувства к нему. Пусть даже и жалость".

Палата неизвестного Удалого располагалась на четвертом этаже.

Верещагин с Чужаком ждали лифта, а Лерка почему-то решила пойти пешком.

И почему-то первая нашла палату, почему-то первая бесстрашно вошла в нее, почему-то...отчего-то...

Человек Дождя смотрел на нее недовольно.

- Ну, вот, я знал, что ты найдешься. Я потерял твой телефон! - с обидой в голосе сказал он. - А ты ведь мой не записала. Я купил тебе зонтик. Я искал тебя под дождем. Тебя так долго не было, ты специально испытывала мое терпение, вредина?

- Ты...купил мне зонтик? - Лерка плакала. Или это дождь шел в ее глазах?

- Не реви! - строго сказал Мишка. - Поломанные ноги - ерундистика. Они срастутся, и я буду выгуливать тебя под дождем. А еще, говорят, хорошо, если в день свадьбы идет дождь. Есть примета, что это к счастливой семейной жизни.

(Ирина Лео)


Ирина Лео. Рассказы